b000002146

12 отмечено число верстъ нашего переезда, но и показано, что на пути нашемъ будетъ 17 городовъ и 68 селенiй. Все это посп ѣ лъ онъ записать съ моего маршрута. Не безъ грусти разставались мы съ своими дорогими родными и съ родной стороной, особенно во время военное. Особенная грусть поражала сердца нашихъ чуветвительныхъ матушекъ, но д ѣ ло было уже решен­ ное и безвозвратное. Для ут ѣ шенiя ихъ накануне сво­ его отъезда, пригласить я въ домъ родительскш боль- шихъ певчихъ архiерейскаго хора, которые все близко мне знакомые и въ числе которыхъ были даже това­ рищи. Весь вечерь провели въ пенiи и сердца роди- тельскiя отъ умиленiя какъ будто успокоились, но когда, по предложение моего батюшки, хоръ певчихъ грянулъ старинную песню: „Ударилъ часг и намъ разстаться, быть можетъ должно—навсегда; ахъ, какъ не плакать и не рваться, Богъ весть, увидимся когда", слезъ въ это время пролиты были цёлые источники. Такъ какъ все пожитки наши находились въ род- номъ доме моей Павлы Сергеевны, то и положено было нами отъезжать изъ дома батюшки тестя, куда былъ доставленъ и купленный нами дорожный тарантасъ. Ко времени нашего отъезда родители мои и единствен­ ная сестра моя осмилетняя Маша были здесь же для прощанья съ нами. До вокзальной дубовой рощи все шли пепле около экипажа, и у этой вековой дубровы сказано было последнее прости. Уселись въ тарантасъ, села съ нами и моя родительница, неудержимо пожелав­ шая проводить насъ до Москвы. При последнемъ по­ клоне нашемъ среди многоустнаго; „простите*1 послы­ шались мне особенно впечатлительно проникнутая сердечною жалостно слова моего родителя:, „прости, дитятко мое милое11. Затемъ все кончилось. Почтовые кони двинулись, колокольчикъ зазвенелъ и мы скоро потеряли изъ виду всехъ провожавшихъ насъ дорогихъ нашихъ. Сначала сердце сильно стучало отъ душевнаго