b000002144

Вскинув голову, она пошла вперед. На кладбище Николай Николаевич попросил у сторожа лопату, оправил уже начавший прорастать бледно-зелеными иглами травы холмик, дал сторожу денег, чтобы тот поставил вокруг могилы ограду. Опухший с похмелья сторож равно­ душно сказал: - И так бы не убежала. - Но! Но! - прикрикнула на него Нина, - Я проверю. Чтоб была ограда. - Будет, - обиделся сторож. - Унас на честность. Красить ограду-то? Придется, значит, и на красочку в таком случае до­ бавить. Николай Николаевич дал и на краску. Он постоял над мо­ гилой, чувствуя себя неловко оттого, что уже так мало может сделать для бабки, что только смерть, по сути дела, напомни­ ла ему о ней, и, прибегая к испытанному средству оправдания большинства людей своей совести, попытался переложить собственную вину на другого. - Какже вы не сообщили мне о ее смерти! - с упреком ска­ зал он Нине. Та, видимо, разгадала его психологическую уловку, жест­ ко взглянула в глаза. - Никто не знал вашего адреса. Пока его нашли, было уже поздно. Николай Николаевич потер переносицу, невнятно про­ бормотал, отворачиваясь: - Да, да, конечно... Извините... И пошел к сторожу относить лопату. 5 Володька бушевал в саду. - У-у-у, холодная кровь! - рычал он. - Формулы, чертежи, расчеты... Неужели вы думаете, что ваши личности менее ин­ тересны и значительны, чем резцы, которые вы придумали? Я, конечно, понимаю, это - особенность поколения, выросше­ го у электромоторов, вагранок и конвейеров, но надо же иметь не только логарифмическую линейку в кармане, но и примесь солнца в крови. Трудно поверить, что Иван стихи пишет. Водогонов предостерегающе крякнул и завозился. - Ей-Богу, - не унимался Володька. - Приходит к нам в ре­ дакцию эдакий верзила, мнется и тянет из кармана ученичес- 42