b000002144

«Подожду», - упрямо решил Никита. Он вышел из подъезда, пересек улицу и сел на выступ фун­ дамента, на котором обычно сиживал дворник Серега Гнутов. Никита всегда сталкивался с ним в те рассветные часы лета, когда Серега выходил подметать улицу, а он, проводив Надю до подъезда, возвращался домой. Они кланялись друг другу. - На производство? - спрашивал Никита, зная, что Серега с величайшим уважением относится к своей работе и назы­ вает ее не иначе, как «прызводством». Ихромой, маленький, с плечами, непомерно развитыми от долголетних упражнений с метлой, скребком и лопатой, Се­ рега сдержанно отвечал: - Да, на прызводство вышел. Время тянулось мучительно медленно. Елизавета Петров­ на не показывалась у подъезда. Уже стало чуть смеркаться в улицах, и голуби ютились под карнизами, хотя над крышами еще сиял спокойный свет заходящего солнца. Вышел в свой обычный час посидеть на выступе и покурить Серега Гнутов. Он подержался за козырек фуражки, приветствуя Никиту, сел и спросил: - Дежуришь? - Да вот... - ответил Никита. - Дома, что ли, нету? - Нет. - Что-то я, пожалуй, ужс неделю ее не вижу. Курить будешь? - Яне курю. Снеделю, говоришь? АЕлизавету Петровну, ее мать, видишь? - Маленькая такая, аккуратная? Она? - Она. - Этувижу. Эту каждый день вижу. «Спонедельника в отпуске, - соображал Никита. - Неуже­ ли уехала? Не предупредив? Вообще-то на нее похоже, но как это не надо бы сейчас!» И невозможность внезапного Надиного отъезда в то вре­ мя, когда он так нуждался вней, показалась емунастолько бес­ спорной, что он вдруг совершенно успокоился и продолжал неторопливо болтать о всяких пустяках с Серегой, пока у подъезда наконец не показалась Елизавета Петровна. «Ну вот, и все хорошо», - подумал Никита. Серега опять тронул свой козырек. - Мое почтение. Степенный был мужик, и веяло от него тоже спокойстви­ ем, устойчивостью, равновесием. 339 22 *