b000002144

интересуется обзавестись новым семейством. Первый раз это дело у него не задалось. Попалась ему девка молодая, неудоб­ ная... - Это как же - неудобная? - спросил парень. - Атак и неудобная. Накатит на нее: ходит неприбранная, нечесаная, сядет, молчит, ногой качает, ничего, кроме халвы, не ест. - Ох, страсти! - ахнула женщина. - Года не прожили - разошлись. После этого он долго бо- былил. Обожжешься на молоке, на воду дуть будешь. Однако ежели человек хороший, счастье его в свой срок достанет. Тут уж как ни крути, а ежели человек хороший, то непременно либо он по билету выиграет, либо сын его, глядишь, на врача выучился и в шляпе ходит, либо дочь в Москве живет, и он к ней каждый месяц в гости катает. - До чего же все-таки ты, старик, канительный, - вздохнул парень. - Ирассказать-то толком не можешь, все тебя куда-то в сторону заносит. - Ничего подобного, по самой середке гребу, - невозму­ тимо отозвался старик. - Жила в нашем селе, - ткнул он ру­ кой в сторону длинного ряда крыш за откосом, - учительни­ ца Анна Афанасьевна. Собой невидненькая и уже седенькая на височках, а такая веселая да хохотливая. Бывало, в тугие-то годы после войны заваривает морковный чай и все: «Ха-ха- ха, вот ведь, Лукич, и чай-то уменя морковный и сахару-то нет, совсем угостить тебя нечем». Иопять: «Ха-ха-ха». Амежду про­ чим, взяла из детского дома сиротку и пестовала ее, как род­ ное дитя. Когда у нас Иван Потапыч полковник Набойко по­ явился, эта самая сиротка уже девушкой была и в городе в ме­ дицинском училище училась. Чернявая, румяная - прямо яб­ лочко анисовое, до чего хорошая девушка. Приезжала по вос­ кресеньям домой. Идет вот так же осенью Иван Потапыч на­ шими задами, вышагивает, как журавль, - высокий был, голе­ настый, - а она навстречу ему. И несет целый пук всяких лис­ тиков. «Зачем несешь?» Ата отвечает: «Для гербария...» Знаешь ты такое слово, перец? - неожиданно спросил старик парня. - Ну, ты не больно, - смутился тот. - Рассказывай знай. - Стой, расскажу. «Акто тебя этому учил?» - спрашивает Иван Потапыч. «Амы, - говорит, - этим с папой еще на Укра­ ине занимались, когда я маленькая была». - «Агде твой папа?» - «Не знаю». - «Акак тебя звать?» - «Катей». - «Амаму?» - «Ту маму Верой звали, а этуАнной». Тут полковник Набойко даже на коленки перед ней встал: «Прости, - говорит, - что пове-