b000002142

— Так его, хорошенько! Н у а что решительно отказывается повиноваться «по- бедоносному русскому воинству», так это наша погода. Не погода, а сл е зли ва я старушонка какая-то. Даже странно немножко: у нас в Коврове, конечно, по распи- санию последних лет полагается на первый день рож- дества двадцать градусов мороза с ветром, а у нас здесь сырость и грязь. Н у вот уж, кажется, и все об наших бедствиях; боль- ше ничего о них придумаТь не могу, да и письмо кончать пора. Кончу его поздравлением с Новым годом. Все равно раньше не дойдет. Ваш Женя. ПИСЬМО ДЕСЯТОЕ Рождественская ночь. М елкий дождик падает с низ- ких облаков. Л унное сияние ракет на минуту озаряет трепетными отблесками лужи и болотную речушку. По- сты постреливают изредка в л е с у — так себе, впустую, как сторож постукивает в свою колотуш ку... У вас, по- жалуй, уже скоро зазвонят к заутрени. «Заблаговести- ли» и у нас: в л е с у за речкой начали рваться австрий- ские снаряды. Нас, офицеров, в зем лянке трое. Д во е мирно спят и, может быть, во сне видят себя дома в эту ночь. Я с вами наяву, пиш у и думаю о вас и знаю, что вы также вспо- минаете обо мне, мои дорогие. , На столе у м еня праздничное освещение: две свечи. Я сижу на скамье, сбоку на моей кровати примостился Галаев, тоже трудится над письмом к своему др угу — какому-то псаломщику, что-то шепчет про себя, чешет бе- лобры сую голову, иногда ухмыляется — видно, вспо- минает что-то ве с е ло е ... Д в е минуты первого. — С рождеством тебя, Галаев! Вскакивает с расплы вш ейся физиономией и орет: — Покорнейше благодарю ! И вас по здравляю с праздником !