b000002142

солнцё. На много кнлоМетров вокруг дремали в полднев- ном оцепенении поля, и казалось, что все живое, всякая былинка молитвенно просит: — Дождя! О, эти косые солнечные дожди первоначального лета! В ясном небе сгустится вдруг сине-серая дыімка, и до са- мой земли падет от нее сотканная из золотистых нитей завеса. Добродушно проурчит гром, скатится куда-то за горизонт, словно телега по бревенчатому мосту; зазвенят под ударами капель лужи, и начнется бойкий, веселый разговор воды с травою, с крышами, с деревьями, с пше- ницей и о в с ам и ... Такой дождь переждал я в деревне Золотая грива. Светлое названье — Золотая грива и темное — Дег- тярка. И просто поразительно, как пристали они двум со- седним деревням. Золотая грива стоит на песчаном буг- ре, открытая со всех сторон, тянет к небу белую коло- кольню и смотрит окнами на светлые стороны — восток и запад. Дег тярка же прикрыта дубами, ветлами, и, по- дойдя к ней, упрешься в глухие стены сараев. Лицом она повернулась к темному бочагу с илистыми берегами и глядит на север. Здесь я остановил красивого парня в серой рубахе распояской и спросил дорогу. — Факт тот, что вам надо идти вот здесь, — показал он вдоль бочага. — Но все равно вы собьетесь, поедемте лучше с нами. Появились еще парни с кбрзинами, набитыми свежим, еще дымящимся мясом; мы сели в утлый ботник, тотчас же наполнившийся до половины водой, и переплыли на другую сторону бочага, где стоял в дубовой роще гру- зовик. Он быстро домчал нас до Заболотья. Здесь у колхоз- ного правления, ожидая чего-то, толпился народ, и все принялись бестолково рассказывать мне дорогу, упоми- ная кустики, вешки, сухие сосенки, возле которых надо было повернуть налево, или направо, или чуть-чуть. — Куда же идти об эту пору, ночь на носу, — вмешал- ся председатель, рослый мужчина с густой, совершенно седой шевелюрой. — Полинка, проводи его к Генке. Где Генка? Пока искали Генку, мы сидели с председателем на по- роге правления, отгоняя веточками комаров. Подошел