b000002139

тил их в лесу, в нескольких верстах от нас. Но и там пой­ мать их не удалось. А больше об них уже не слыхали; должно быть, они все-таки пробрались к своим, если толь­ ко не замерзли и не лежат где-нибудь в лесу. Как, ты думаешь, провели они эти двое суток, чем пи­ тались и как спали ночь? Ведь костра они, конечно, не посмели разложить, а в разведку с собой провизии ведь не берут. Как чувствовали они себя, когда увидели, что за ними, голодными, усталыми и озябшими, охотятся, как за крас­ ным зверем? Да, брат, я думаю, что если только кто-нибудь из них уцелеет до конца войны, так уж это рождество останется у него в памяти на всю жизнь. Так вот какие штуки бывают на войне. Рыбу я тут не ловлю и на лыжах не катаюсь, да и снег у нас бывает редко. А река у нас тут есть недалеко, называется Стырь. Осенью, до моего приезда, наши раз­ ведчики ловили в ней рыбу по-военному: глушили ее руч­ ными гранатами. Вытаскивали щук фунтов по двенадцать сомов, язей, лещей. В наших болотах много диких коз, кабанов, а зайцев — так видимо-невидимо. Солдаты наши ходят охотиться на коз и частенько их убивают. А одну как раз поймали руками. У австрийцев поднялась стрельба, она с перепугу и махнула прямо через наши окопы. В них были солдаты, они и ухватили ее за ноги. А недели две тому назад приходит ко мне мой фельд­ фебель и говорит: — Ну-кося, какую я сейчас глупость сделал. — А что? — Да как же! Дикого кабана из-под носа упустил. — Как это? 114