b000002138

Он ушел к себе во флигель и, будучи не в си­ лах отделить от вихрящегося клубка мыслей ка­ кую-нибудь одну, определенную и ясную, долго лежал на кровати, мрачно глядя в потолок. 2 В старом деревянном доме все располагало ко сну и лени: его четыре окна по фасаду выходили на тихую немощеную улицу, на заросшем дворе мирно квохтали куры, и дремал в конуре черный пес Жук. Всякий раз, когда кто-нибудь хлопал калиткой, он вылезал, начинал чесаться, гремя цепью, и было видно, что цепь давно уже не нуж­ на ему: так стар, что никуда не уйдет, ни на кого не бросится. И когда Галя просыпалась утром в своей комнате, смотрела на солнечные лучи, про­ сеянные сквозь кисею занавесок, слушала, как в кухне уютно журчал электрический счетчик, как лопались от жары пересохшие обои, то чувствова­ ла, что нет, она никогда не сможет, ну, просто не в силах уехать отсюда и, отказавшись от ми­ лых привычек и привязанностей детства, сменить свою теперешнюю жизнь на другую, неизвест­ ную, которая казалась ей суровой, грубой и полной всяких неудобств. Незадолго до государственных экзаменов в ин­ ституте происходило распределение на работу. Дмитрий Сергеевич обещал похлопотать, чтобы Галю оставили в городе, но однажды вечером он приехал возбужденный, рассерженный, кинул через 53