b000002138

го не прибр'ано, но она уже сидела на подоконнике и бесцеремонно оглядывала комнату. — Вы какой-то бука, молчаливый, — сказала она, словно пожаловалась, и даже надула губки. — Я у деда на лесном кордоне вырос, там мно­ го не разговаривали, вот и привык, — сказал Егор. — Страшно, наверно, в лесу жить? — спроси­ ла она. — Ну! Кого же там бояться? — улыбнулся Егор. — Талантова-то дома? — спросила вдруг Га­ ля. — А то прогонит. Не любит она меня. — Не любит?! — с искренним удивлением вос­ кликнул Егор, недоумевая, как можно не любить это милое наивное существо... Впоследствии он вспоминал об этом лете как о самой красивой поре своей жизни. Во дворе рас­ пустилось много цветов, заботливо взращенных Талантовой, и она иногда разрешала ему рвать их. Этим разрешением Егор пользовался в дни Гали­ ных экзаменов. Утром он терпеливо стерег ее у окна, чтобы подсмотреть, в каком платье она уйдет, а потом составлял букет в тон платью и да- рцл ей. А когда, сдав экзамены, Галя уехала на курорт, ему вдруг захотелось работать, и никогда, кажется, он не работал так спокойно и плодо­ творно. Однажды он вошел во двор, и у него от радост­ ного волнения застучало сердце. Загорелый, посве­ жевший после курорта, по двору расхаживал Дмитрий Сергеевич Орлов в пижаме и сандалиях на босу ногу. 50