b000002138

Пронюшка, который по стариковскому обычаю спит очень мало и не знает, 'чем занять долгий день, не прочь еще позабавиться. Он подмигивает Ване из-за плеча Жилина и отчаянно мотает голо­ вой. — Поладим! — усмехается Ваня. — Мы и то попугать только хотели. А тебя — не-е-ет. Тебя нельзя так. Ты тогда всю пойму, как орешек, вы­ лущишь. Нет, Жилин, с тобой мы по гроб жизни поладить не можем. Какие же могут быть лады, ежели ты тайком по ночам колхозные травы выка­ шиваешь? — Не мой грех, —гудит печник. — И вообще вы, Жилины, —шкуродеры, ка­ лымщики и отходники! — вскипает вдруг "Ваня. — Трофим-то твой где? Небось опять на сторону па­ сти ушел? А Петр? Дрова в пойме ловит, мережи ставит? А ты с Павлом? Опять скоро в город лы­ жи навострите печи перекладывать? В колхозе одну старуху ветхую оставишь, чтобы усадьбу по угол не оттяпали, так, что ли?.. Поладим! С фев­ ральским волком тебе ладить, шкуродер несчаст­ ный! — Вот это да! Вот это кладут в штаны крапи­ вы! — восторгается Пронюшка, хло.пая себя по бедрам. —Ты, голубь, мотай на ус. Тебе правду говорят. А за правду не сердись: скинь шапку да поклонись. — Молчи ты, прибаутошник! Черт линялый! — отмахивается от него Жилин- Осыпая потоки песка, все трое начинают под­ ниматься на крутояр. 46