b000002138

повалился в прохладную траву, поджал ноги и про­ бормотал: — Давай, Нюшенька, уснем... — Нельзя, нельзя! Как раз к поезду опозда­ ем, — встрепенулась Нюшка, которую тоже морил сон. Чтобы уйти от соблазна, она быстро встала, сломила ореховую ветку и, прикрыв ею ягоды, за­ тормошила Илью. — Вставай, трутень, вставай! Все бы он спал да дремал. Скоро в школу пойдет — со стыда за малого изведещься, какой, право, сонной! Недалеко от того места, где они собирали яго­ ды, через просеку проходила изрезанная руб­ чатыми шинами дорога, ведущая к перевозу и дальше — к станции. Не защищенная от прямого солнца, дорожная пыль была горяча и суха. Она фонтанчиками пыхала между пальцами, и это развлекало детей до самого перевоза. Река встретила их игривым полуденным пле­ ском. С крутояра она казалась густо-синей, с зеркальными блестками по гребешкам мелких волн. Перевозчик Зосима Павлович сидел у своей землянки и наваривал веревочку, захлестнув ее за шило, воткнутое в край стола. Тут же, на столе, ле­ жал дырявый валенок, который Зосима Павлович, очевидно, собирался чинить. Он и зимой и летом ходил в валенках, потому что у него болели ноги. — А, ягодники пришли,—сказал он, увидев де­ тей. — Рупь-то есть ли за перевоз? 198