b000002138

ворачиваясь, рулон маскировочной бумаги. Но в третий раз мы решили составить акт о наруше­ нии правил светомаскировки. Вошли в сени, нащу­ пали клеенчатую дверь и постучали. Наверно, у нас был очень зловещий вид, потому что девуш­ ка, открывшая дверь, отпрянула в глубь комнаты и срывающимся голосом позвала: — Папа!.. А у меня вдруг гулко застучала в висках кровь, надолго окутав сознание какой-то вязкой, отупля­ ющей пеленой. Все дальнейшие события я воспри­ нимал сквозь нее, став послушным исполнителем Сенькиной воли, которая неожиданно оказалась столь непреклонной, что потом я невольно про­ никся еще большей симпатией к своему другу. Когда из соседней комнаты вышел плечистый мужчина в расстегнутом железнодорожном кителе, Сенька показал ему свой документ и объяснил, зачем мы пришли. — Очень устаю, ребята, и забываю опустить У себя в кабинете маскировку, — сказал муж­ чина. Он не оправдывался, ни единой ноткой своего голоса не просил о снисхождении, и это особенно располагало к нему, но Сенька с ледяной непод­ купностью потребовал: — Дайте, пожалуйста, чернила и бумагу, то­ варищ хозяин. Он составил акт по форме, данной нам началь­ ником штаба противовоздушной обороны, подпи­ сал его, предложил подписать мне, потом хозяину, и мы вышли. 157