b000002138

Стали шукать третьего компаньона с лошадью и повозкой. Нашли одного фермаря. Дюже бедный: в землянке живет. Пошли опять до нотаря, пере­ вели договор на троих и подались на озеро Норд- бей. Глядим — а оно уже льдом встало. Ну, делать нечего. Срубили мы кемп *, потом начали лед дол­ бить и пускать под него сети. Ох, и тяжка ж эта работа! Сеть мерзнет, руки на ветру пухнут, ест спины иней иголками сыплется. Но рыба идет! За неделю нашвыряли мы больше тонны белой ры­ бы, щуки, фермарь свез ее в город и продал не по три цента за фунт, как мы гадали, а по пяти. Ка­ питал растет — и настроение у нас растет. Вот, думаю, какой я умный! Поехал фермарь опять в город. Ждем его неде­ лю, ждем другую... Рыба идет, а фермаря нема! Кончился у нас провиант, потом керосин. Гнатюк бранится. «Слухай, —говорит, —Микола. Ну его к бису, вшивого фермаря. Ты стереги сеть, а я пойду до городу, куплю кобыленок и зараз назад буду». Ушел. Я один на озере остался. А зима люту-у- ует, ветер сечет, вошва одолевает! Кушаю одну рыбу без соли, огонь кое-как держу, а Гнатюка будто черти поховали. Эх, думаю, не пропадать же мне тут! Испек на углях три рыбы, взял топор и пошел на солнце... В лесу мороз гукает, на де­ ревьях каждая веточка инеем опушилась, пополз­ ни — птахи малые — по сосновой коре шур-шур, шур-шур. Тихо, хорошо. Только ведь зимний день * К е м п — лагерь (англ.). 101