b000002137

«АЭРОПОРТ» Любыми ирозвищами иаделяли жители будки бакен- щиков на Клязьме, по-народному метко определяя их характер. Одну называли Рябиновой — ее хозяин выко- пал в лесу пяток молодых рябинок и заботливо посадил около своего жилища. В осеннюю пору иируют на ветвях его рябин шумливые лакомки дрозды, клюют сладкие от мороза ягоды. Другую зовут по имеии заводи — Николь- ской или переправы — Тинская, Суромнская. Третья зовет- ся «У перевоза». Стоит она на бойкой дороге под тремя дубами, за день сотни людей взад-вперед проходят и про- езжают на велосипедах мимо ее окна. Кстати, по-разному определяют значение слов мест- ные жители. В одном месте зовут иереправой паром, на котором можно переехать на другой берег с лошадыо и возом, переправить автомашину и мотоцикл. Перевозом же зовут только лодку, которая перевозит людей, да еще велосипеды. Мотоциклы она уже на берет. Другие называют как раз наоборот — переправу пере- возом, а перевоз — переправой. Кто прав — судить не бе- русь. Скорее всего, можно называть так и этак. Ошибки не будет. Одна из будок невесть иочему получила прозвище Марусина заимка. Никто не знает, отчего ее так по-сибир- ски иазвали, — значит, давно это было. История за этим непременно кроется, придет время — надо будет ее уз- нать. Заметим, что не всегда у будок такие безобидные име- на: к ним, как и к людям, кроме того, нередко прилипа- ют всяческие обидные клички: притон, гнездо бандитов- браконьеров, ночлежка, забегаловка, корчма, постоялый двор, даже ироническое прозвище у одной из них есть — Тихая пристань. Все эти клички можно цонять и объяснить. Чаще все- го они все-таки, беззлобные, иридуманные не всерьез, а шутки ради. Все понимают и видят, что бакенщики — это верные люди, друзья ирироды, а хищники и браконьеры попадаются среди ннх так же редко, как голубые волки в лесу. Но однажды я улышал неожиданное, загадочное и, вро- де бы, совершенно к речной будке не подходящее назва- ние — Аэропорт. 04