b000002136

О доме еолдаты думали неотступно. Мыслями они уже давно были там, и как-то само собою получалось, что всякий разговор у них непременно сводился к одной и той же теме: «А у нас...» И только Прокофий не испытывал этой тяги к родным местам. Было решено, что после демобилизации он поедет с Валентиной в Сухуми. По ее словам, это была сказочная страна солнца и вечной зелени. Там — море. Там — удобная квартира недалеко от набережной. Они поедут на теплоходе по зеленому от солнечного света морю, будут есть фрукты, полезут в афонскую пещеру, пойдут в горы охотиться на диких коз. Прокофий на все был согласен. Пусть будет и теплоход, и зеленое море, и квартира, и пещера, и дикие козы... Пусть будет черт знает что, но самое главное — пусть будет Ва- лентина! Ее демобилизовали первой. Прощаясь, она вдруг стала плакать, говорила, что не верит Прокофию, что у него к ней была лишь «походная» любовь и в Сухуми он, конечно, не приедет. Прокофий обиделся, прощание вышло холодным, и потом несколько дней он вынашивал злорадную мысль: «А что ты скажешь, когда приеду? Как в глаза мне посмот- ришь после таких слов?» Вскоре его полк был выведен из Гросс Фридрихсдорфа. На первых порах Прокофию было немножко грустно по- кидать эту чужую, столько раз проклятую русским челове- ком землю. Может быть, это нехорошо, но что поделаешь, на ней он нашел и любовь, и ревность, и разлуку... В Белоруссии полк остановился в летнем лагере. Здесь Прокофий часто бродил по окрестностям, где ровно год назад ему пришлось воевать. Он наткнулся на окопы минной ба- тареи, над которой принял командование по приказу ране- ного командира, сходил на могилу павших товарищей, нашел в деревушке избу, где прожил тогда несколько дней. Хозяин — крепкий старик с черной цыганской бородой — узнал Прокофия. — Жив остался? — не удивившись, спросил он.— Ну, зна- чит, счастье твое, парень. Он усадил Прокофия в кухне к столу, выскобленному до янтарной желтизны, и настаивал, чтобы Прокофий отведал молока от его новой коровы. — Молоко сейчас не везде найдешь,— говорил он.— У всех телки. Редко кто сразу дойной коровой обзавелся. 64