b000002136

гой жестко хрустит крупчатый снежок, а днем сверкают и звенят капели. Еще морозно, но по всему чувствуется, что март: уже небо иссиня-сине, уже почки на тополях золотятся, уже почернели за рекой проселки, а по ночам от зари до зари красным углем тлеет Марс. Ііа базаре в зто время крепко гіахло морозным сеном. Тротуары ослепи- тельно блестели мокрой наледью. Они любили остановиться на пешеходном мосту и смотреть на тяжко громыхающие товарные составы, на суету тонкоголосых маневровых па- ровозов, на приливы и отливы пассажиров пригородных поездов. Город, строивший тогда новые заводы, властно притягивал к себе людей из окрестных деревень и уже переставал быть тихим уездным городком с заросшими гу- синой травой улицами, опоясывался кольцом рабочих по- селков, оттеснял от своих окраин леса, и в мещанско-купе- ческое двухэтажное убожество центра вламывались куби- ческие сооружения из камня и стекла. Их мальчишеской мечтой было путешествие вниз по реке на плоту или в лодке; они тщательно выверяли по карте маршрут, копили на «французских» булочках деныи, составляли списки необходимых вещей, и какой упоитель- ной музыкой звучали им тогда слова: топор, палатка, по- рох, котелок... Осуществлению этой мечты помешала война. Но и так им немало досталось от щедрот российских гра- дов и весей. Пионервожатый Коля Ладушкин —щуплень- кий, очкастый, сам похожий на подростка в своих походных сатиновых шароварчиках и тапочках,— возил их на экскур- сии во Владимир, Суздаль, Ростов, Касимов, Муром, рас- певно читал им над Окой в Карачарове: Из того ли то из города из Мурома, Из того села да Карачарова Выезжал удаленький дородный добрый молодец. Он стоял заутреню во Муроме, А й к обедне поспеть хотел в стольный Киев-град. Да й подъехал он ко славному ко городу к Чернигову. У того ли города Чернигова Нагнано-то силушки черным-черно, А й черным-черно, как черна ворона. Оглядываясь теперь назад, Митя видел, что детство ею не прошло даром; оно дало ему ощущение России, укоре- нило на родине не этнографически, а морально и привязало к ней неистребимой любовью. Все, что есть Россия, будь то шагающая с песней рота красноармейцев, стихи Есенина, 2 8 С. Никитин