b000002136

свалка, тощий картофельник, ту чащу оставить под первый гриб моего сына. Конечно, зрелый лес надо рубить — не давать же ему ста- риться и гибнуть,— но это уже промышленность, и не об этом я говорю... Теперь люди все болыне понимают свою оплошку, и вот недавно я прочитал в газете, что мой город победил в сорев- новании по озеленению улиц. Да и сам я, не по газете, а по жизни, вижу, как лес входитгв город и как долговязые лес- ные липы постепенно кряжистеют стволами и круглеют кро- нами на вольном свету наших широких улиц. Мне при этом всегда вспоминается безвестный волжский Ставрополь, прославившийся потом как центр строительства Куйбышевской ГЭС. Был это одноэтажный деревянный горо- док с немощеными улицами и с таким обилием серого, гряз- ного городского песка, что вполне оправдывал свое ирониче- ское название, данное ему строителями,— «Ставропыль». Однако здешние старожилы помнили другие времена, когда улицы города сплошь зарастали мягкой гусиной травой, а в палисадниках перед окнами домов цвели кусты сирени и жимолости. Тогда вокруг города гудели на ветру могучие сосновые боры. Их корни цепко держали песок. Но чья-то лихая рука свела вокруг Ставрополя лес; оголенные пески, подхваченные заволжскими суховеями, ринулись на город, затопив его улицы. Люди поняли свою оплошку и там. Ставрополю все равно было стать дном морским, но в новом городе на высоких сосновых холмах уже ревностно берегли каждую ветку. И куда бы я ни заходил — в клуб, школу, столовую, в квар- тиры и даже в автоколонну,— всюду смолисто пахло хвоей и лежали светлые зыбкие тени соснового бора. У меня лично жизнь связана с лесом, как и с рекой. Я ча- сто думаю, что им я обязан и своим творчеством. В минуты восторга, которыми так щедро может дарить природа, чело- веку хочется, чтобы все людц глядели одними с ним глазами, чувствовали одним с ним сердцем; он сам щедр. Не потому ли так часто берется за перо именно тот, кто по роду своей профессии или по рыболовно-охотничьей страсти стоит близко к природе? Я не помню, когда мне впервые откры- лось, что я писатель. Но первый сознательный позыв к слову родился именно из этой потребности делиться с кем-то счаст- ливыми минутами близости к природе. Так было нацарапано обычное детское: «Один раз мы ходили за грибами». И те- 393