b000002136

ПРОБЛЕМА В пути достала меня телеграмма из редакции одного жур- нала: «Просим написать острый проблемный очерк о совре- менной деревне». На выходе из Кочетихи, как повернуть к селу Троицко- Татарову, я попросил в крайней избе пить. Все признаки ука- зывали на то, что хозяин был пришиблен той чугунной по- хмельной тоской, когда не только в каждой телесной жи- лочке человека, но и в бесплотной душе его до того погано, словно он предал, ограбил или убил кого-то. Сидел он на крыльце помятый, в распущенной рубахе, свесив босые ноги с корявыми коричневыми ногтями, а рядом жена, похожая на татарку, собирала щепки и точила мужа, как ржа железо. Поэтому, наверно, хозяин и обрадовался моему появлению. Он вынес кружку с квасом и сказал: — Сейчас все квас дуют. Я присел на крыльцо. Не торопясь выяснили, кто я, кто он, чей это громадный дом напротив и почему в такую снеж- ную зиму все-таки померзли сады. Василий (так звали хо- зяина) говорил, а сам все посматривал, как у конюшни му- жик закладывал в борону лошадь, неистово матюгая ее. — Нет, не работники нонче,—подвел он итог своим наб- людениям.— Квас дуют. Хозяйка вдруг бросила на землю уже собранные щепки и в сердцах плюнула себе под ноги. — Как бревно посередь дороги у нас престол этот. На- едут —и стоп. Считай, два трудодня корова языком слиз- нула. Она опять принялась подбиратй щепки, а Василий опас- ливо покосился на нее и вздохнул: — Я же сказал, квас дуют. Главная проблема сейчас — опохмелиться, а в сельпо ни четверки. Всю вчерась попили. — Ну вот тебе и здорово живешь!— возразил я, всгюм- нив о «проблемном очерке».— Завтра все пройдет, и никакой проблемы не останется. Какая же это главная! — Верно,— засмеялся Василий.— Главная — картошку пробороновать. — А потом траву скосить, а потом хлеб обмолотить, а по- том ту же картошку выбрать,— подхватил я.— Нет, это не главная. — Э-э-э, куда ты загибаешь,—протянул Василий.— По- годи, дай подумать. 382