b000002136

во всем, что успел увидеть он в городе, не покидало его и теперь. Здесь было много новых домов, много нового моло- дого люда, шагавшего какой-то вольной, размашистой поход- кой и разговаривавшего громко, весело. «Сколько же я пропустил и потерял! И какой мерой из- мерить эту потерю? Временем? Если бы только време- нем...» — подумал Соломин. По своей улице он шел потупясь, не глядя на окна домов и на встречных людей. Калитка была заперта, но он привыч- ной рукой нащупал через дырочку засов и поспешно ныр- нул во двор. Сердце у него противно колотилось, горло за- валил крутой комок. А через двор, появившись на стук за- сова, уже шла Александра. Как и прежде, она и в домашней обстановке была не какой-нибудь распустехой в халате и стоптанных шлепанцах, а строгая, подобранная — в узком сером клетчатом костюме, отделанном черной тесьмой, воз- душной блузке с черным бантиком и черных туфлях, ладно сидевших на маленьких крепких ногах. «Красиво... Но как холодно!» — подумал Соломин. — Ну, здравствуй,— сказал он, не зная, подать ли ей ру- ку, поцеловать ли ее или просто поклониться.— Ты не бой- ся,— добавил он.— Я не мстить пришел. Я не граф Монте- Кристо. — А я и не боюсь,— ответила она.— Войди в дом. Сегод- ня здесь никого нет. «Это она правильно сделала, что спровадила куда-то... этого... своего... А Наталочка?»— подумал Соломин. В маленькой прихожей он помедлил и несмело отодвинул легонькую полотняную занавеску. Когда-то здесь стояли машинка «Singer», высокий комод со старомодным трелья- жем, дубовый шестиногий стол, раскоряка-диванчик, потом появилась полированная мебель рижской фабрики, а теперь комната представляла собой смесь столовой и кабинета, где стол под льняной скатертью и простенькие гнутые стулья были утеснены огромным чертежным станком. Зеленоватый свет, сочившийся сквозь заслоненные деревьями окна, делал обстановку комнаты чем-то похожей на театральные деко- рации, и Соломин с усмешкой подумал, что вступил в новый, может быть, последний акт этого спектакля жизни. Он сел к столу и положил перед собой сигареты. Алек- сандра села напротив. — Не знаю, с чего и начать,— усмехнулся Соломин. — Кури. Я-то готова к этому разговору. Можешь на- 296