b000002136

ным восхищением смотрел, как Александра, такая же бод- рая, как и утром, кормила собаку, кипятила чай, вынимала из сумки и раскладывала на газетном листе еду. Тогда — коротко подстриженная, в брюках — она была похожа на тонкого, стройного мальчишку, и Соломин называл ее в муж- ском роде — Сашкой, но это лишь как-то особенно подчер- кивало в его глазах ее женское обаяние. Да она и на самом деле, несмотря на свое мужское пристрастие к охоте, была очень женственна, и даже в ее любви к природе проявлялась какая-то чисто женская, материнская особенность, исклю- чающая всякое, даже разумное, истребление. Она не била ястребов, запрещала Соломину рвать цветы, не могла. без шумного негодования видеть сведенный лес или раскорче- ванный кустарник. И однажды Соломин слышал такой раз- говор между нею и дядей. — Проклятие! — кричал дядя.— Где она нагуляла этих ублюдков! Вы только посмотрите, что она принесла! Двор- няги! Шавки! Утопить немедленно весь помет! — Дядечка, жалко... — К дьяволу! Она осрамила меня перед всем городом! — Ну уж и перед всем... — А как же! Пять поколений чемпионов, родословная... Нет, ей самой камня на шею не пожалею. — Дядечка, ну оставьте хоть одного! Я возьму его себе. — Да не скули ты надо мной, пожалуйста! Тебе кобеля или суку? — Однако ты и выражаешься, дядечка... Ведь я вее-таки не егерь, а девушка. Так, совершенно случайно, уцелел и потом вместе с Алек- сандрой вошел в жизнь Соломина ублюдочно-некрасивый, но преданный и добрый пес, сын неблагородного отца. Его назвали нелепым именем — Чук. — Да, Чукча,— говаривал ему в минуты шутливого на- строения Соломин.— Не мы выбираем себе отцов, и, видишь, эта оплошность природы едва не стоила тебе жизни. Расхлябанной трусцой, все обнюхивая, всюду тыкаясь своей тупоносой мордой, поливая каждый угол и столбик, этот пес бегал по городу за Александрой и Соломиным, появ- ляясь и в парке, где они гуляли, и на танцевальной площад- ке, и на пляже. Он в самый неподходящий момент, отфырки- ваясь от налипшего на нос пуха одуванчиков, выскочил в пойме из кустов, залаял, запрыгал, но ему с обескураживаю- щим раздражением крикнули: 292