b000002136

Жить, как и прежде, она стала у тетки своей Аграфены. От нее узнала и о смерти отца. — Убит он, Зоюшка,— причитала Аграфена, покачивая ее на руках, как маленькую.— Где-то на маньчжурской гра- нице убит... Воистину, знать, «будораженный» был человек! Далеко на запад прошел невредимым, а погиб далеко на востоке, когда уже близок был конец солдатским походам. В эту ночь Зойка не ложилась спать. Крупные слезы срывались с ее ресниц и падали в остывший чай, а с блюде- чек и чашек старого чайного сервиза глядели полустертые лица китаянок в рисунчатых халатах, с зонтиками в руках, напоминая о далекой чужой земле, принявшей на вечный по- кой ее отца. Но прошла эта ночь, прошло еще много ночей, бессонных, в слезах, в горе... И дней — соблазнительно полных малень- кими радостями жизни. Шумно хлопотала Аграфена, став- шая председателем колхоза; вернулся из армии ее жених — молодой загорелый лейтенант с сединой на висках; прихо- дили гости, смеялись, пели, пили, били на счастье чашки и блюдца с нарядными китаянками; приходил соседский маль- чишка Кирюшка и прямо с порога кричал на всю избу: — Зойка, ваш хряк забор высадил, нашу смородину мнет! Не нанялся я его пасти. Иди гони своего хряка... Зойка вышла и долго, захлебываясь беспричинным сме- хом, гоняла с Кирюшкой по двору перепуганного хряка, а потом, когда, утомленные и взволнованные, они сидели на крыльце, Кирюшка спросил: — Ты что все какая-то кислая ходишь? Отца жалко, да? И, очевидно, в немалой борьбе с самим собою преодолев извечное мальчишеское пренебрежение к девчонкам, повел ее в пойму, научил мутить в лужах щурят, накормил сочной переспелсй ежевикой, показал, где прошлой осенью задели бреднем трехпудового сома, поведал, что сом был слепой и весь, как старое бревно, облеплен ракушками. На другой день она сама пришла к нему и попросила: — Пойдем в пойму за орехами, а то я боюсь одна. Теперь она всюду была с ним, вызывая этим насмешки мальчишек. Однажды, когда Колька Дыбин довел ее до слез, Кирюшка стал отважно наскакивать на него, и, к удив- лению и удовольствию Зойки, высокий, сильный на вид Колька испугался маленького коренастого Кирюшки и, оп- равдываясь, пробормотал: 19