b000002136

ОДНАЖДЫ ЛЕТОМ 1 ойкина мать умерла от родов. От нее Зойке достались болыние карие гла- за, затененные длинными ресницами; от от- ца — мягкие волосы цвета свежей соломы. Отец был неспокойный, «будораженный», как звали его в деревне, человек — не сиделось ему дома. Вместе с быва- лым стариком Вяхревым нанимались они в города разнора- бочими, долго плотничали на московских стройках, проеха- ли кондукторами до Тихого океана и, вернувшись, решили, наконец, пожить в родном селе. Но через два года отца стронула с места война. Зойка помнила, как прощалась с ним за селом, на вы- соком берегу реки. Кучка строевых сосен, уныло гудящих на ветру, росла здесь у самого берега; река из года в год уп- рямо подтачивала его, и две сосны уже склонились над водой, вздыбив луговину вывороченными корнями. Отец был смущен и тих, словно опять покидал дочь по своей прихоти. — Стало быть, так, дочка,— бормотал он,— уж, видно, судьба нам порознь... Прости... Он поднял Зойку и долго молчал, прижавшись лицом к ее плечу, потом сказал: — Ну, иди. Я наших буду догонять. — Папань,— позвала она, когда он отошел на несколь- ко шагов. Отец остановился, но не оглянулся и вдруг быстро побе- жал прочь. И Зойка долго следила за ним взглядом, при- слушиваясь к топоту его тяжелых сапог. 18