b000002136

Лиса вымахнула на крутой взлобок берега и расстелилась в беге по ржавой стерне полей, похожая на пламя костра, со-- рвавшееся с места, и всем на удивление несущееся к застыв- шей синеве осеннего горизонта. Из леса на крупной сильной кобыле выехал верховой. С хрустом руша копытами лед на лужах, лошадь прошла мимо пруда, мимо вертевшихся на березе сорок и, не обра- тив на них внимания, длинным размеренным шагом продол- жала свой путь к селу, которое красновато поблескивало своими окнами сквозь голый березняк. Верховой этот был Аверкий. Он заметно постарел — усы, поредевшие, истончившиеся, оставленные только по мно- голетней привычке, уже не украшали его сухое лицо; на горле сбежались складки дряблой кожи, виски запали, но все еще твердо и остро смотрели зеленые с желтым крапом лыковские глаза и уверенно-тяжела была рука, державшая поводья. Когда Аверкий выехал на широкую улицу села, у про- зеленевшего колодезного сруба стояла Устя и, чуть согнув- шись набок, старалась поддеть коромыслом дужку ведра. Аверкий подъезжал к ней сзади, но под копытами лошади хрустела примороженная трава, и Устя, вздрогнув, огляну- лась на этот звук. — Мать дома? — угрюмо спросил Аверкий. Устя не ответила. Она уже справилась с ведрами и бы- стро пошла к избе, чуть приседая на тонких ногах, которые свободно болтались в разношенных и загнувшихся зубча- тыми раструбами валенках. Лишь на крыльце, став к Авер- кию вполоборота, она тихо сказала: — Не тревожили бы вы нас понапрасну. Чего ж теперь ходить?.. А мамы нет. В город на совещанье уехала. Дверь захлопнулась, и в сенях загремел деревянный засов. Не слезая с лошади, Аверкий ждал, ему почему-то ка- залось, что Устя стоит за тонкой наружной дверью. — Дочка,— глухо сказал он.— Неуж у тебя об родном отце душа не болит? Ведь один я на кордоне, как сыч. По- мру, глаза прикрыть некому будет. — А вы водки поменыне пейте. Оно, глядишь, и про- живете еще лет до ста,— ответила из-за двери Устя. В сенях послышались ее удаляющиеся шаги, и, точно обрезав их, тупо стукнула другая дверь. Аверкий рванул поводья. Лошадь рысцой вынесла его 213