b000002136

— Стащи-ка, старина! — просит Ваня Пронюшку. Тот берется за сапог и начинает тащить. — За пятку надо! Ну что ты голенище-то сучишь! — сердится Ваня.— Никогда не снимал, что ли?.. Зй, Жилин, не моги без меня лезть в воду! Но Пронюшка нарочно дергает тонкий хромовый сапог за голенище и, трясясь от емеха, припадает лбом к Ваниной ноге. — Пу... пу... пу-щай спла-аваить, ежели привычный...— едва выговаривает он.— Ох, моченьки моей нету!.. Люблю шутить! Когда ботник, наконец, у берега и Жилин выходит из во- ды, Ваня, хмурясь и глядя в сторону, хочет накинуть ему на плечи Пронюшкин тулуп. — Нельзя этого,— важничая, объясняет Жилин.:— Вот и видно, что застыл бы ты без меня, Иван Василич, прямо во- все бы сомлел. Первое дело — надо растереться, чтобы всю наружность огнем палило, а потом — хоть в легкой одежке, ничего тебе не станет. Он крепко растирается своими исподними, и кожа его, даже на расстоянии, начинает отдавать жаром. — Ты теперича что же? С нами поедешь или сына ждать будешь? — спрашивает Пронюшка. Жилин косится на свое ружье и, видя, что Ваня не соби- рается отдавать его, решает ехать. Теперь, когда поднялся ветер и на плесах гуляет злове- ще-темная волна с грязной пеной на гребне, а загруженный ботник подтекает, ехать становится опасно. Все напряженно молчат, лиіПь Жилин хриплым от волнения голосом коман- дует: — Носом держи к волне! Носом! Наконец ботник с разгона выскакивает на берег. Все с облегчением закуривают. — Ты бы, Иван Василич, того, не строжничал,— просит Жилин,— наплюй на эти акты. Свой суд короче. Поладим как-нибудь. Он искательно заглядывает Ване в глаза, и, кажется, по- проси Ваня, готов внести его на крутояр. Пронюшка, кото- рый по стариковскому обычаю спит очень мало и не знает, чем занять долгий день, не прочь еще позабавиться. Он под- мигивает Ване из-за плеча Жилина и отчаянно мотает го- ловой. — Поладим! — усмехается Ваня.— Мы и то попугать 174