b000002136

там, чай, в камень спекся. Непременно ей ствол должно ра- зорвать, ежели выпалишь. — Так что же ты раныне-то не стрелял? — А в кого? Чтобы у складов кто шалил или у сельма- га — случая не было, а животную я люблю, животную не тро- гаю. — Ну, возьми хоть для видимости,— советует Ваня. По крутому склону они спускаются к воде, садятся а лег- кий ботничок и отталкиваются от берега. На воде в такое время раздолье. Перебив стремительно русло реки, ботник выходит на полои, вертко огибает стволы дубов, продирается сквозь кусты и опять выплывает на широкие безветренные плесы. — Шутили и мы раныне,— задремывая, бормочет Про- нюшка.— Был еще до нашей власти на селе такой озорник —- Прошка, по прозванию Конь. Силы — необыкновенной. На мизинце ведро с водой от реки до села носил. Вот приедут мужики на мельницу, а он положит кому-нибудь жернов в сани и ухмыляется в сторонке. Мужики всем миром бьются- бьются — ни с места! Идут к Прошке: помоги ради бога. А тот сейчас с них на водку... К старости этот Прощка стал ходить только по ветру. Идет эдак, бывало, спросишь его: «Куда, мол, ты, Проша?» — «А так, мол, иду по ветру...» Про- тив уж и не ходил... На воде, в бесчисленных отражениях лучей, тепло. При- гревшись, Пронюшка всхрапывает и вдруг, очнувшись, мо- чит водой лицо и голову. — И надо мной шутили,— приободрившись, опять заво- дит он.— Продавал я как-то в районе огурцы. Отторговался, думаю — полагается... Кгхм!.. Привязал лошадь к заборчи- ку, зашел. Моментом это я, значит, обернулся, подхожу к лошади —что за нечистая сила? Смотрю — телега по эту сторону забора, а лошадь по другую. И не то, чтобы рас- пряглась да ушла — ничуть! Стоит запряженная, как была, а оглобли между досками просунуты. Выпимши-то не сразу и сообразил, в чем дело. Хожу вокруг, скотину браню на чем свет стоит. А в стороне наши парни ржут, как в театре. Ах вы, думаю, ососки эдакие! Шутить туда же! Стал их сове- стить, а они пуще ржут. Перепряг я лошадь, да и от сраму убрался поскорей... Наконец ботник причаливает к усыпанному прошлогод- ней листвой бугру. Издалека доносится нежное покрякива-' ние чиркового маночка. Ваня и Пронюшка высаживаются и 171