b000002136

по ягоды а просеках поспела земляника. Утром; еще в окна горницы сочился сквозь ге- рани бледный свет месяца, Нюшка выскольз- нула из-под лоскутного одеяла и побежала в сени будить Илью. — Эй, ты, трутень,— зашептала она, вздрагивая от утрен- негоіхолода.— Вставай, по ягоды пойдем. Слышь, что ли? Сейчас мать проснется, она нам задаст. Илья, спавший на деревянной кровати, закрытой от ко- маров марлевым пологом, заворочался и сонным басом сказал: — Щас... Нюшка вернулась в горницу, оделась и, взяв припасен- ную с вечера корзинку, опять вышла в сени. Илья, сидя на полу возле кровати, дремал. — У, горе ты мое,— проворчала Нюшка.—Шевелись! Артемовские бабы всю ягоду оберут... Они ведь хитрущие. Она потянула из рук Ильи его штаны, но тот сердито дер- нул их к себе. — Отстань, сам не маленький. Сопя, он оделся, повесил через плечо берестяной бурачок и вслед за сестрой пошел через крытый двор в огород. Рассвет только начинался. На левом склоне неба зыби- лись синие звезды, висел подтаявший серпик луны, а пра- вый от зенита до горизонта был раскрашен в зеленый, жел- тый и розовый цвета. Задевая босыми ногами за капустные листья, облитые жгуче-холодной росой, дети пошли между грядами к пере- лазу. Отсюда начиналась утоптанная до каменной твердости 11 С. Никитин 161