b000002134

на себя в саду из ковша, громко рыча, смеясь и ухая от удо­ вольствия. Из сарая высунулась всклокоченная голова, оша­ лело моргая заспанными глазами. «Еще один экземпляр!— с ироническим восторгом подумал Николай Николаевич,— Этому я тоже чем-нибудь не угодил?» — Привет,— хмуро сказала голова.— Мне снился пожар в джунглях. — Я наследник. Ура!— ответил Николай Николаевич. Из сарая вышел высокий, с широченными плечами парень и протянул ему руку. — Иван Водогонов. По своеобразному запаху пота и машинного масла, по черным трещинкам на руке Николай Николаевич определил в нем человека, имеющего дело с металлом и машинами. Р у ­ ка царапалась, как рашпиль. — Время-то много ли?— спросил Водогонов.— Никак не пойму спросонок, утро или вечер. — Утро,— сказал Николай Николаевич.— Я разбудил вас? — Похоже на то. А ну-ка, плесни и мне ковшичек. Водогонов нагнулся, подставляя вместительную, как ло ­ хань, пригоршню, но Николай Николаевич опрокинул полный ковш воды на его белую, лоснящуюся спину. Водогонов ахнул. — По желобку, по желобку,— издевательски приговари- вал Николай Николаевич. — Д а в а й еще,— попросил Водогонов. Они плескались, пока не кончилась вода в ведрах, потом растерлись полотенцем и, чувствуя подъем сил, телесную свежесть и то безмятежно-радостное состояние духа, которое. всегда сопутствует ей, дружелюбно глянули друг другу, в глаза. — П о с л у ш а й , — сказал Николай Николаевич,— отчего т в о и д р у з ь я ' смотрят на меня, как на зачумленного? Володька наследником называет, да так, словно я не наследство полу­ чил, а наследил где-то, а? Водогонов с минуту смотрел на него в полной растерян­ ности, потом запрокинул голову и раскатисто за.хохотал. — Ты не обижайся, ей-богу,— сказал он наконец,— Так уж повелось у нас считать тебя куркулем и собственником. С ерунды началось, с шутки. Володька Салмоваров стал под­ трунивать над Ниной: дескать, приедет наследник, разведет здесь кур, будет яйцами на базаре торговать. Он, дескать, т а ­ кой замухрышистый тип в сатиновых нарукавничках, копееч­ ная душа, ведет дома тетрадь прихода и расхода. У нас даже что-то вроде игры затеялось. Володька проснется первым, з а ­ пустит в меня подушкой и спрашивает. «Что бы ты сделал, если бы такое позволил себе наследник?» — «Я бы, говорю,