b000002134

т р я п к и Если в Москве или в дачном поселке Внуково вы встрети­ те старика в низкой, наподобие канотье, шляпе, чесучовом костюме и при палке, которая, судя по величественным взмахам, служит старику скорей для завершения его внешне­ го облика, чем для опоры при ходьбе, то знайте, что вы видели меня — профессора, доктора наук, химика Ивана Фердинан- довича Тролля. Летом я живу с семьей на даче. То есть живет на даче моя семья, а я каждый вечер приезжаю туда в большом черном автомобиле, молча поднимаюсь к себе в кабинет, и мне при­ носят туда холодный кефир, ягоды или фрукты. К общему столу я не выхожу, потому что меня раздражают жена и дочь. Нет ничего особенного в том, что у жены масляное от крема лицо и вытаращенные от загнутых ресниц глаза, что дочь коротко острижена и носит слишко.м узкий свитер, но если знать, что обе они никогда не работали, что держат садовни­ ка, шофера и домработницу, что жена, предвидя мою скорую кончину, жадно покупает золото, меха и дорогие антикварные вещи, а дочь выходит замуж, как раньше говорилось, не по любви, а по расчету,— если знать все это, то сидеть с ними за одним столом и не раздражаться просто немыслимо. Когда дочь была маленькой, я очень любил ее и звал Ма­ шенькой. По-настоящему ее, видите ли, зовут Ингой, но я терпеть не могу этого гнусавого имени. Теперь и следа не осталось от моей Машеньки — мягкого, ласкового, игривого котенка. Как-то проглядел я, когда надела она эти короткие черные брючки, этот узкий красный свитер, когда вдруг появилась в доме пестрая банда Аликов, Эдиков, Эриков с джазовыми пластинками, и моя Машенька стала говорить со мной при­ мерно так: — Старик! Тебе не нужно полнеть. Толстая рожа — харя