b000002134

1— Ах, как хорошо ты рассказываешь ,— говорила она —- Я все вижу, чувствую, понимаю. З а х в атив учебники, они уходили к реке. Д н и были знойны и сухи; пески слюдянисто блестели; над волнистой рябью м лел и струился воздух. В елико было искушение уснуть вб ли ­ зи воды, слушая ее дремотный плеск, и, борясь с этим иску­ шением, они вы вешивали на палочке, воткнутой в песок, объявление: «Товарищ, не пройди мимо! Разбуди!» А вечера стояли густые от тяжелой фиолетовой мглы , под­ нимавшейся над садом. Остывая, ухала на доме железная крыша. Однажды в такой вечер она пела ему романс «На холмах Грузии», и он, прислонившись к стволу старой дуплистой ки ­ тайки, откинув голову, слушал, а потом сказал: —■ Если бы к человеческой душе можно было поставить музыкальный эпиграф, то для себя я выбрал бы этот романс... «Печаль моя светла, печаль моя полна тобою...» Ах, как пре­ красно! Он был задумчив и ласков в тот вечер, не шутил, как обыч­ но, а когда поздно ночью они ложились спать, долго стоял у окна и курил. — Что с тобой? — спросила она. — Не знаю ,— сказал он .— В мире поселилась какая-то тревога. И когда я вот так открываю окно и вижу темные кус­ ты и лунный свет, смягченный легким туманом, то мне кажет­ ся, что все это скоро полетит к черту . ' От станции до кладбища километра два пешего пути. Дорожки в свежем снегу еще не протоптаны, и она идет целиной, часто останавливаясь и отдыхая- На кладбище — длинные тонкие сосны, кустарниковый подлесок, густой, задичалый. Цветы она кладет прямо на снег у проржавевшего на гр а ­ нях обелиска и, спрятав озябшие руки в рукава, не плача, долго стоит над могилой. Все полетело к черту в то же лето. Его уб и ли не сто, а только один раз — 18 ноября сорок первого года. С маленькой бригадой артистов она пела в госпиталях. Она и тогда не плакала, но часто где-нибудь в холодном в а ­ гоне или таком же холодном номере гостиницы рассказывала подругам о той серенькой зиме и том диком тетушкином саде. И уж не было в ее жизни иной, кроме той короткой, любви. Как-то нечаянно и безразлично она вышла, или, по ее соб­ ственному, несколько циничному выражению, «сходила на