b000002134

Еду я около перелесков из деревни Раменье, а мои товарищи идут меня встречать и, когда увидели, что я действительно везу муки, масла и крупы, пришли в восторг. Александр Федо­ рович Котягин даже сказал: — Ну, надо еще лучше нам работать. Видно, что нашу р а ­ боту ценят». Эта тетрадка оказалась не единственной. Александр Ни­ колаевич, видя, что я заинтересовался его записками, выложил передо мной еще несколько тетрадок. В рукописи «Кому при­ надлежали каменные строения до Октябрьской революции 1917 года в поселке Мстера» была дана яркая сжатая картина дореволюционного мстерского быта. «Двухэтажное каменное здание по улице Нижней (ныне Ленина) принадлежало Занцову Ивану Васильевичу с сыновь­ ями. Занцовы имели фольго-уборочную мастерскую, по глав­ ным их занятием были поджоги складов на реке Тюмбе и в Затоне. В этих деревянных амбарах, стоявших до двадц а ­ ти штук в ряд, хозяева фольго-уборочных мастерских хранили стекло, киоты и другие товары. Сыновья Ивана Васильевича — Митька, Петр (немой) и Ванька — воровали из этих складов, что поценнее. В ночное время амбар очистят и зажгут. З а что сын Ванька пошел в тюрьму и там погиб». Удивительно много — история, уклад целой семьи, судьба ее отпрысков — спрессовано в этой короткой справке. И так почти о двухстах домах с той же точностью, краткостью и вы­ разительностью. Надолго остановила мое внимание и тонкая синяя тетра­ дочка, на которой было написано: «Некоторые сведения о мстерских обрядах и обычаях в XIX—XX веках, до Октябрь­ ской революции». В наше время обряды почти начисто исчезли из народного быта, кроме, пожалуй, свадебных и похоронных. Живы они лишь в воспоминаниях стариков, которые понемногу уходят, унося с собой сокровища своей памяти. От обряда не остается ничего; его невозможно восстановить во всей полноте по ка ­ ким-нибудь черепкам, как, скажем, керамическое искусство прошлого. Поэтому обряды надо сохранить в записях — лите­ ратурных и музыкальных,— сохранить с любовью и заботой, как великую ценность, ибо они дают яркое, образное представ­ ление о быте народа, дают ключ к пониманию строя его души, образа его мыслей, его эстетических наклонностей, семейных и экономических отношений. Они одушевляют книжную исто­ рию народа. И синяя тетрадочка Александра Николаевича Куликова как раз делает это великое скромное дело. Вот обычай, назы­ ваемый капустником, как он записан Куликовым: «Население Мстеры после праздника воздвиженья, 14 сен