b000002134

Игнат обвел взглядом сад и через щели в заборе увидел соседа Якова Стручкова, который поправлял в своем огороде гряды, размытые дождем. Игнат и он были ровесниками, но Яков вот ходит, работает, крепок на вид и д аж е играет в з а ­ водском клубе на трубе и, наверно, еще сыграет на похоронах Игната. Заметив, что Яков тоже смотрит на него, Игнат с ус­ мешкой сказал: — Ну, лезь сюда, потолкуем. Яков воткнул лопату, отодвинул в заборе какую-то дощеч­ ку и пролез в сад. Жили они недружно, встречаясь, не кла ­ нялись друг другу, и теперь сосед двигался по чужой земле неуверенно, точно по иной планете. Был он небольшого роста, длиннорукий, с тяжелым, неподвижным взглядом из-под низ­ кого лба. И когда подошел и присел на край кровати, то Иг­ нат отвернулся от него. — Вот, смотри, Яков, помираю,— сказал он.— Скоро бу­ дешь на моих похоронах в трубу дуть. Он ждал , что сосед начнет ободрять его, разуверять, но тот только глубоко вздохнул и сказал: — Все там будем, Игнат Данилыч. — Ну, от этого мне не легче, — усмехнулся Игнат. — Тебе, может, и не понять, разные мы с тобой люди. Ты вот всю жизнь морщишься, точно уксусу хватил... — Не вздорил бы с людьми перед смертью-то! — тихо пе­ ребил его Яков.— У каждого свой курс, а смерть всех срав ­ няет. — Ну и врешь! — сердито крикнул Игнат.— По-твоему, значит, вся жизнь не в зачет. Так себе, нуль. Вот тебе, видел? Оп сложил из худых пальцев сухой угловатый шиш и про­ тянул Якову. — Безобразничаешь, Игнат Данилыч. Нехорошо,— оби­ женно сказал Яков и пошел к забору, повторив на ходу: —■ Нехорошо. Умер Игнат на другой день. И случилось так, что видел это один только Яков Стручков. Когда он вышел в огород, Игнат сидел на кровати в той же позе, что и вчера, и опять позвал его к себе. Яков сначала отказывался, но потом все- таки полез в дыру. Когда он приблизился к Игнату, тот хотел что-то сказать, но язык у него замолол несуразное, а сам он стал валиться вперед и, обхватив тонкий саженец груши, под­ мял его под себя. Игнат Данилыч... Игнат Данилыч...— звал испуганный Яков и силился поднять страшно тяжелое, обмякшее тело со­ седа, и почему-то яснее всего ему запомнилось, что в бороде Игната запутался и бился, жужжа , черный с оранжевой спин­ кой шмель.