b000002134

дей, вы очень хороший, но у вас с ней разные дороги (она вы­ ражалась несколько старомодно). Вы, я знаю, уедете учиться, станете серьезным человеком (это у нее считалось высшим человеческим достоинством), а она... Мне, матери, больно говорить так о своей дочери, но вы очень симпатичны мне, и я хочу предостеречь вас от горького разочарования . Надя поставила целью своей жизни брак с обеспеченным человеком ценою, конечно, мезальянса. Ясно, что вы ей не подходите. И в магазин она пошла лишь затем, чтобы быть на виду. Ей претило торговать мужскими штанами, а то бы она, уверяю вас, работала не в отделе детских игрушек, а в готовом платье. Увы, это истина, мой милый... Они сидели в единственной, но просторной комнате Неве­ ровых (Надя вышла в булочную), и Никита угрюмо смотрел на ромбики старинного паркета, готовясь брякнуть глупость, что-то вроде: «Я перевоспитаю ее». Но вовремя сдержался, а из глаз Елизаветы Петровны текли слезы, которые она под­ бирала у носа тончайшим платочком. — Нашего отца убили на войне,— говорила она,— и мы всегда жили очень трудно. Вернее, трудно живу я, а Надечка только видит это, видит, как я по двадцать часов в сутки не встаю из-за пишущей машинки... Я ведь и вашему отцу печа­ таю. По-моему, он очень талантливый человек!.. Может быть, потому, что Надечка видит, как рвусь всю жизнь я, она стре­ мится к достатку. Кто знает, кто знает... В универмаге Никита еще издали увидел, что с Надей, по­ блескивая золотым зубом, разговаривает высокий, в меру пол­ новатый человек с барственным лицом и глубокой залысиной на лбу («Один из обеспеченных», фу!) и, несмотря на мгно­ венный укол неприятного чувства, не мог не восхититься его великолепной породистостью. Надя тоже заметила Никиту, чуть сдвинула длинные подведенные брови, подняла руку и по­ шевелила в знак приветствия пальчиками. Человек еще раз сверкнул золотым зубом, коротко сказав ей что-то, и прошел мимо Никиты, обдав его одеколонной прохладой, исходящей от его чисто выбритого лица, свежей сорочки, слегка курчавив­ шихся на висках и затылке волос. «Если спросить, кто такой, ответит — покупатель... А, да мне-то что до него! — подумал Никита.— Все дело в ней». — Ну, иди-иди, дожидайся меня у главного входа,— быстро проговорила Надя, когда он подошел и потянулся через при­ лавок, чтобы пожать ей руку.— Н ет-нет,— отступила она к полкам с пестрыми игрушками.— Руки у меня после работы пыльные, потные, не надо. Он вышел, купил у цветочницы тугой букетик ландышей и тут же развяз ал и растрепал его, потому что не любил эти аккуратные букетики-вазочки.