b000002134

— А вот свежее! А вот, молодчик, утрешнее! — наперебой кричали молочницы, стоило только кинуть в их сторону об­ надеживающий взгляд. Я искал попутную машину, чтобы выехать за черту горо­ да. Наконец шоферы показали мне на грузовик, который уже подрагивал от конвульсивных усилий мотора. — Подвези! — крикнул я издали шоферу. Бывает так — знаешь человека с детства, а он идет мимо и отворачивается. Хочешь кивнуть, ищешь его глаза — нет! Так и этот шофер, мой одноклассник, отворачивался, а когда наконец столкнулся со мной лицом к лицу и отвер­ нуться было нельзя, сказал: — Зазнался. В шляпе ходишь. — Постой, Пашка! — оторопел я. — При чем тут шляпа? — А при том, что ученый стал — зазнался. Потом мы долго молчали, очень недовольные друг дру ­ гом. Пашка, казалось, всецело сосредоточился на преодоле­ нии валких районных дорог. — а у меня как не задалось в седьмом классе с немецким языком, так с тех пор и не учился, — сказал он наконец. — Жалеешь? — А чего? Вот сейчас ждет меня на дороге мужичок, дро­ вишки ему надо перебросить. Полтораста возьму. — Значит, сытно живешь? — Хорошо. Жена пятьсот получает, я — сот девять. Д а калым на машине всегда есть. Дом купил. — Ну, Пашка, ты счастливый человек,— сказал я.— Один мой приятель по немецкому языку вот как лихо учился — в шляпе теперь, вроде меня, ходит, а нет у него ни дома, ни жены, ни калыма. — Не везде калым бывает,— рассудительно заметил Паш ­ ка. — Что он делает-то? — адвокат. — Неужели нет калыма? — Нет. — Ну и дурак твой приятель. Машина встала, осаженная хваткими тормозами. — Вон мой мужичок голосует, — сказал Пашка. — Шагай теперь сам. Я отсюда в лес поверну. И я шагаю. к л я з ь м и н с к и й г о р о д о к На высоком берегу Клязьмы, взметнув к облакам коло­ кольню старинной церкви, стоит Клязьминский городок —