b000002133

д в о р в а к к у р а т н о м черном к о стюм е, черном г а л с т у к е и че рн ой ш л я п е — ни д а т ь ни в з я т ь с т а р о з а в е т н ы й до к то р , им еющий ч а с т н ую п р ак ти к у . Он был лы с , см у г л и н е у л ы б ­ чив, а в д е л е своем д о б р о с о в е с т ен и п ед ан т и ч е н . П р и к ры в вы п у к лы е г л а з а дли н ным и темными в е к ам и , он и з н у р и т е л ь ­ но д о л г о вы с т у к и в а л , вы с л уш и в а л , п р ощ у пы в а л М и тю и, с л а в а богу , н а з н а ч а л не более о дн о г о л е к а р с т в а з а все в р е м я болезни. Б л а г о д а р я э т ом у до к т о р у М и т я у вид ел море. Бы л у ж е ав гу с т, знойный , сухой и ветреный . В М о с к ­ ве, на п л ощ а д и К у р с к о г о в о к з а л а , к а т к и у тю ж и л и д ы м я ­ щ и й с я а с ф а л ь т ; о р а н ж е в о -ж е л т о е небо н и зк о ви с ело н а д к рыш ам и дом о в ; из улиц , к а к из тр у б , т я н у л о г ор я чим пыльным во зд у х ом . М и т я в п е р вы е п о п а л в М о с к в у и, конечно, не мог не и спы т а т ь то го см я т ен и я , ко торое и спы ­ т а л бы в с я к и й человек, выро сший на з а т р а в е вш и х у л и ц а х м а л е н ь к о г о г о р о д к а , в б л и зи н ет о р о п л и в о й речки и с т о ­ ве р с тн о г о л е с а во все четыре стороны . И м е н н о т ам , в су е т е и громе б о л ьш о г о г о р о д а , он к а к -т о о соб енн о р е а л ь ­ но ощ у ти л , что н а св ете к р ом е м а л ь ч и к а Ми т и И в л е в а , его м амы , б а б уш к и , дя ди , у чи т ел ь ницы Н а т а л ь и Ге ор ги е вны ж и в у т ещ е ми лли оны т а к и х ж е м а л ь ч и к о в , мам , б а б уш е к , д я д е й и учи т е л ь н и ц и что он н и к о гд а не у з н а е т их всех, к а к они не у з н аю т его. Эт о сму тное ощ ущ е н и е не п о д д аю ­ щ е й с я в о о б р аж е н ию бескон ечно ст и бы л о к а к и м - т о р а н я ­ щим и г н етущим . Он о с о п р о в ож д а л о М и тю всю д о р о г у в по езд е , к о г д а ч е р е з окно в а г о н а он см о тр е л на д а л е к и е го р и зон ты степей, н а п о л я п о д с о л н е ч н и к а и к укуру зы , на щ е т к у пшени чн ой стерни , на знойн ую с п я ч к у м а л е н ь к и х с т анций , и ещ е р аз с новой силой о х в а т и л о , к а к л е д я н а я в о д а полыньи , все его с ущ е ст в о , к о г д а п еред ним вдру г р а с п а х н у л о с ь море. Эт о было у тром з а Туапсе. Он с н а т у ­ гой о тод вин ул д в е р ь купе, ш а г н у л в к о ри до р и вд р у г с ло в н о н а т к н у л с я н а зыбкую стену , со т к анн ую из голубых , з е л е ны х и синих бликов. П о е з д стоял . Ветер , п а х н ущ и й ч ем -то н е з н а к омым — р е з ким , гнилостным , т р е в о ж н ы м ,— тр е п а л поч е рн е вш и е з а н а в е с и на окн ах ; в ды х а я его, х о т е ­ л о с ь р а сш и р я т ь н о здри , н а п о л н я т ь им грудь до о т к а з а , до боли. А з а окном с лыш а л и с ь у в е си с ты е у д а р ы волн, ш у рш а н и е г ал ь ки , и в з г л я д у — б о ж е мой! — о т к р ы в а л с я т а к о й б е спр е д е л ьный простор, что в М и т е з а р о д и л о с ь , к р еп л о и с т а н о в и л о с ь н евыносимо потр е бным ж е л а н и е п о л е т а в этом голубом и солнечном п р о с т р а н с т в е . 24