b000002132

Институт она кончила уже после войны. Работала сначала в районном отделе сельского хозяйства и жила в доме колхозника. Длинная неуютная комната очень напоминала такую же комнату в студенческом общежи­ тии, и даже неудобства были те же самые — тот же чай из жестяной кружки, та же узкая койка со скрипучей сеткой, те же платья, смятые в чемодане, и тот же бутер­ брод, наскоро сжеванный в буфете. Потом Александру Сергеевну назначили участковым агрономом в МТС. Колхозы ей попались неодинаковые — два были слабые, а третий, «Достижение», считался од­ ним из самых сильных в области, и гам она отдыхала душой от всего, с чем зачастую приходилось ей сталки­ ваться в двух других колхозах — от долгих ненужных разговоров на заседаниях правлений, от бестолковых пре­ реканий с бригадирами, от их упрямого нежелания по­ нять то, что ей казалось бесспорным и очевидным, и от вечного беспокойства о том, что где-то опоздали, что-то не успели, в чем-то промахнулись, сделали не так, как нужно, или не сделали совсем... Работать, конечно, труд­ но, но тем не менее интересно. МТС скоро даст ей квар­ тиру, и она возьмет к себе маму, которая уже состари­ лась и пишет ей письма, кончающиеся словами: «береги себя, милая детка...» Когда Егор и Александра Сергеевна возвращались, было уже темно. С вечера пал туман, а потом вдруг по­ тянуло ветром, и за рекой, где тумана было особенно много, все пришло в движение. Ветер взвивал белые смерчи, и они, точно сказочные духи в прозрачных одеж­ дах, то возникая, то исчезая, стремительно и беззвучно неслись на лунный свет. — Ну, разве можно не любить все это! — сказала вдруг Александра Сергеевна, останавливаясь и широким жестом показывая за реку. Голос у нее дрогнул, она запрокинула голову, закры­ ла глаза, и Егор видел, как на ее ресницах блеснули сле­ зы. Теплое чувство к ней вдруг охватило Егора, и он уже не замечал ни ее некрасивого лица, ни жестких волос, ни узких, прямых плеч, а видел перед собой только умную, простую, трудолюбивую женщину с нежной и чуткой ду­ шой. В эту ночь в саду шелестел дождь, и потом несколько дней держалось ненастье. Ветер трепал мокрую листву 90