b000002132

— Пойдем на последний ряд. Там можно сесть по­ удобнее и закрыть глаза. Я люблю слушать музыку, зак­ рыв глаза. И когда они сели там, и заиграла музыка, Галя огля­ нулась, увидела, что они одни, и быстро поцеловала его в плечо. Было три часа, когда вечер кончился. Кто-то приду­ мал итти к реке, и шумная толпа студентов, смущая по­ стовых милиционеров, двинулась по городу. Ночью был дождь, — повсюду в неверном свете утра свинцово поблескивали лужи, на афишах оплыла краска, а над крышами ветер носил мокрых взъерошенных гра­ чей, ворон, галок, и только сейчас, утром, было заметно, как их много, и казалось, что люди ушли из города и эти нахальные птицы вьют гнезда в их квартирах. Уси­ ливая ощущение пустоты, шаги гулко отдавались в пу­ стынных улицах, и в воздухе после дождя пахло не жильем, а словно в поле — свежо и остро. До реки так и не дошли; все уже устали и едва пере­ секли площадь, начали прощаться. Полупьяный от вина и неожиданного счастья, Егор вел Галю домой, бережно поддерживая ее под руку. На стук калитки, как и обычно, вылез Жук и стал чесаться, гремя цепью. Уже проснулась Анна Николаев­ на; она была в курятнике, и оттуда слышался ее ворку­ ющий голос. Егор в замешательстве остановился посреди двора, очевидно, не зная, как теперь вести себя, но Галя уверенно подтолкнула его к флигелю и шепнула: — Приходи днем. В комнате было душно и пахло чем-то очень хоро­ шим. «Земляникой», — догадалась Галя, увидев на столе хлеб, молоко и тарелку с ягодами. Она положила в рот несколько ягод, зажмурилась от наслажденья и, смеясь, закружилась по комнате. — Цып-цып-цып... — ворковал за окном нежный ма­ мин голос. — Цып-цып-цып... 3 На исходе летнего дня в запущенном деревенском са­ ду сидел на траве Егор Рязанов и оглядывался вокруг с таким отрадным удивлением, точно неожиданно для себя 85