b000002131

Иван открыл глаза. Прямо перед ним был лес; он на­ чинался реденькими березками, просквозенными солнцем, а вглубь темнел и клубился синим утренним туманом, и ес­ ли пойти туда, то сделать это можно только с отцом или Никитой. А вот до березок, пожалуй, можно дойти, чтобы сорвать для мамы несколько цветков. Еще там, едва на каменистых отрогах проклюнутся первые одуванчики, он тащил в дом измятые неумелыми руками пучочки смор­ щенных цветов, запихивал их в банку с водой, и эти его старания всегда каким-то образом увязывались им с ма­ мой, с ее счастливой улыбкой, которой она обласкивала его. Он пересек пустырь, отделявший ряд домов от леса, и, боязливо поглядывая в синий сумрак его глубин, стал пет­ лять между березами, стараясь найти в изрядно вытоптан­ ной траве какой-нибудь цветок. Ему попалось несколько хилых ромашек, но он прошел мимо них. Он был теперь старше и взыскательней, и пучок сморщенных одуванчиков или таких вот ромашек не мог бы удовлетворить его вкус. И вдруг словно фиолетово-синий огонек сверкнул ему из темной глубины леса. Там , где березы уже перемешива­ лись с лапастыми елями, где все еще клубился туман, от­ куда тянуло прохладой и сыростью, на высоком тонком стебле, чуть клонясь под своей сочной тяжестью, рос круп­ ный колокольчик. Чувствуя, как от страха у него по спине бежит холодок, Иван сделал несколько шагов в глубь леса. А , может быть, лучше вихрем домчаться до цветка, сорвать его и бегом вер­ нуться назад? Нет. Он знал, что когда побежишь в лесу, в пустой комнате, в темном коридоре, кто-то должен вот-вот схватить тебя сзади, и от этого делается еще страшней. Надо сказать себе, что ты ничего не боишься, и, хотя хо­ лодок бежит по спине, ноги становятся ватными и сердце гулко бьется в груди, уверенно идти вперед вопреки стра­ ху. И он продолжал шаг за шагом подбираться к цветку. Вот уже осталось только протянуть за ним руку, но в это время цветок как-то странно шевельнулся и в его чашечке Иван увидел пчелу. Он знал, что пчелы приносят мед и больно кусаются. Это последнее их свойство очень смуща­ ло Ивана, потому что однажды он уже испытал его дейст­ вие на себе. Он знал, что сердить пчелу нельзя. Пусть, решил он, пчела напьется сладкого нектара и сама улетит с цветка, а он подождет, ему спешить некуда. Т ак он и стоял над цветком, забыв про свой недавний страх перед 66