b000002131

— Стационар на три койки. Будем, значит, жить по Чехову: фельдш ер— пьяница, у медперсонала — низкий уровень знаний ... И обратившись уже прямо к Никодиму Федоровичу, добавил: — На работу, пожалуйста, являйтесь бритым. Больной должен уходить от нас со светлой надеждой в душе, а ваш вид не способен внушить ее. Когда же доктору показали его квартиру — две комнаты при больнице с окнами в яблоневый сад — он очень удивил всех, сказав: — Вымойте здесь и поставьте пять коек. Ну, что непо­ нятного! Пять больничных коек. Не собираюсь же я выпи­ сать сюда родственников со всего света. Поселился он в избе для приезжих. По-новому загадочным и оттого еще более притягатель­ ным Никольский стал для Юры с тех пор, как поссорился с председателем колхоза, запретив своим работникам выхо­ дить в поле выбирать картошку. — Вы что же, Николай Николаевич, не хотите колхозу помочь? — с укоризной выговаривал ему председатель.—• Учителя работают, завклубом работает, библиотекарь р а­ ботает, а ваши больничные отстают от всей интеллиген­ ции — стыдно! — В больнице много работы, — отрезал Никольский.— И колхозу мы помогаем именно этой работой. Не будем впредь тратить время на такие разговоры. До свидания. Впервые Ю ра заговорил с доктором в библиотеке. Н и ­ кольский пришел туда вечером и, едва переступив порог, сказал: — У вас тут пылью пахнет. Надо чаще вытирать кни­ ги. Все до одной вытирать. Ю ра заметил, как изменилось лицо библиотекарши Н и ­ ночки Стрешневой. Оно сразу приобрело какое-то смятенно­ глуповатое выражение, словно у перепуганной курицы, ко­ гда та, растопырив крылья, с разинутым клювом, спасается бегством от озорного щенка. Заполняя карточку, Ниночка задержалась на графе «пол» и долго дожидалась ответа. — Ну что же, посмотрим, что у вас есть, сухо ска­ зал Никольский. Он пошел за перегородку и стал перебирать книги на полках. Ниночка услужливо подставляла ему табуретку, по­ казывала расположение книг. 1?1