b000002129

пренебрежительно. Какой порядочный охотник продает собаку в самом начале сезона! — Ие нужна она мне в Москве,— повторил Воронов, стыдливо пряча деньги в карман. Он пожа л егерю руку и, не оглядываясь на забеспоко­ ившуюся собаку, пошел прочь. От ходьбы по скользкой грязи ему стало жарко. За се­ лом он расстегнул плащ, ворот рубашки и глубоко вдох- пул влажный грибной воздух леса. Великая тишина стояла в полях и в лесу, уже отшумевшем листопадом. Мокрые соломенные ометы рано успели побуреть, да и все кругом было теперь до первого снега буро, тускло, кроме изумруд­ но-зеленых, точно лакированных, озимей. Воронов, постояв п отдышавшись, вступил в лес, где дорога, выстланная листвой, уже не была такой трудной. Высокий и частый лее сквозил далеко впереди, но было в нем все-таки сумеречно, так что день казался глубоким, послезакатным вечером. Воронов за два года жизни в селе ходил по этой дороге, должно быть, не одну сотню раз, но теперь шел в послед­ ний. Это сообщало привычной обстановке привкус необыч­ ности, и Воронов острей присматривался ко всему, что дав­ но уже примелькалось ему, трепетней и глубже вдыхал зн акомый запах осеннего леса, лиственной прели, мокрой земли. Он присел на скамейку из двух стесанных кругля­ шей под табличкой «Берегите лес от огня», покурил, бро­ сил окурок в предназн аченную для этого ямку, потрогал вырезанные иа одном из кругляшей буквы «Л + З ». Все — в последний раз. На душе у него было торжественно и гру­ стно, ему хотелось бы не говорить ни с кем сейчас, уехать бы с этим приятно щемящим чувством грусти, но его ждали, и он, пересиливая себя, поднялся и опять зашагал по дороге. Уже по-н астоящему смеркалось, когда он н аконец по­ дошел к маленькой, в один ряд домов, деревне. Искристо светились ее запотевшие от избяного тепла окна; залаяли, вторя друг другу, собаки — басами, визгливыми фальце­ тами, с подвывом — всем бестолковым деревенским двор- няжьим хором со скуки и преднощного страха. Воро­ нов вымыл в пруду сапоги, вытер их на крыльце о чис­ тый, круглый, плетенный из разноцветных лоскутков половик и привычно нашарил в темных сенях дверную скобу. В передней за столом, покрытым запачканной черни- 7 * 195