b000002128

реки. Горячий над берегами и прохладный над водой воздух — постоянно в движении, и этот полуденный ветер вольно гуляет над широкими плёсами, разводя плескучую волну. Она с тихим хлюпаньем бьёт в берега, зеркально сверкает на солнце, и тогда говорят: «Река играет...» Наш катерок привалился бортом к самому берегу, зак­ репленный чалкой за корень огромной ивы. От ее горячей коры шёл горьковатый запах — запах жаркого лета. Чуть ниже по течению в серебристо-синюю воду вдавался жёлтый клин песчаной косы. Пёстрые коровы стояли по брюхо в воде и уже не пили, а только наслаждались прохладой воды и ветра, сносившего жгучих слепней. К нам подошел пастух в кепке, простреленной дробью, без козырька, и спросил, не везем ли мы на катере соль. Студенты предложили ему отсыпать из пачки, сколько нужно. —Нет, —сказал пастух, —мне нужно пуд или лучше два. — Зачем же вам столько? — У нас в деревне пруд ушел, — сказал пастух, — так карася в грязи осталось удивительное количество. Все дно так и шевелится. Теперь будем бочками солить. Студенты всполошились. Всем захотелось ухи из карасей. — Далеко деревня? — спросили они. — Да нет, сразу вот тут, за изволоком. Четверо взяли корзинки и побежали вверх к лесу. — Пущай промнутся. Молодые, здоровые, — посмеива­ ясь, сказал пастух, когда студенты скрылись в лесу. — Так нет, что ли, карасей-то? — спросил я. — Какой карась, — спокойно ответил пастух. — У нас в деревне не то, что пруда, колодца нету. Мы водой по трубе из скважины пользуемся. — Злой ты, старик, вредный, — попенял я ему. — Я не вредный, — так же спокойно возразил пастух. — Я шутить люблю. Сколько этого народа кажное лето на