b000002127

Однако «на данном этапе» мы не остановились, забрали еще дальше. Иногда, чтобы проверить свое первоначальное убеждение, стоит прикинуться первооткрывателем, вроде ребенка: будто встретился ты с явлением только сейчас и впервые проникаешь в суть его. Вот и теперь первооткрыватель во мне подошел к то­ му же выводу, что давно уже созрел, а теперь только прове­ рялся. «Да, сколько бы проблем ни перечислили мы, все они будут разрешены Василием или уже разрешены им»,— думал я. — Истина,— подтверждал первооткрыватель. «Надо все время держать его в виду. Он главная и вечная проблема». — И это истина,— говорил первооткрыватель. «Время проходит, и с ним проходит все временное»,— под­ сказал Шекспир. — Истина,— заключил первооткрыватель. Я попрощался с Василием. В полную силу полыхало над пыльными дорогами солнце. На много километров вокруг дремали в полдневном оцепенении по­ ля, и казалось, что все живое, всякая былинка молитвенно про­ сит: — Дождя! О, эти косые солнечные дожди первоначального лета! В яс­ ном небе сгустится вдруг сине-серая дымка, и до самой земли падет от нее сотканная из золотистых нитей завеса. Добродуш­ но проурчит гром, скатится куда-то за горизонт, словно телега по бревенчатому мосту; зазвенят под ударами капель лужи, и начнется бойкий, веселый разговор воды с травою, с крышами, с деревьями, с пшеницей и овсами... Такой дождь пережидал я в деревне Золотая Грива. Светлое название — Золотая Грива и темное — Дегтярка. И просто поразительно, как пристали они двум соседним дерев­ ням. Золотая Грива стоит на песчаном бугре, открытая со всех сторон, тянет к небу белую колокольню и смотрит окнами на светлые стороны — восток и запад. Дегтярка же прикрыта ду­ бами, ветлами, и, подойдя к ней, упрешься в глухие стены са­ раев. Лицом она повернулась к темному бочагу с илистыми бе­ регами и глядит на север. Здесь я остановил красивого парня в серой рубахе распояской и спросил дорогу. — Факт тот, что вам надо идти вот здесь,— показал он вдоль бочага.— Но все равно вы собьетесь, поедемте лучше с нами. Появились еще парни с корзинами, набитыми свежим, еще дымящимся мясом; мы сели в утлый ботник, тотчас же напол