b000002127

щавший затон, только еще резче подчеркивал его холодное оцепенение. Емельян торопил коня. Всегда есть что-то печальное в зако­ лоченном доме, в остывшем локомотиве, в скованном льдом па­ роходе, и лучше, если мимо них проедешь поскорей. МУЖЧИНЫ Шофер маршрутного такси — долговязый парень в коротком пиджаке — стоял возле своей машины и раздраженно вертел че­ рез палец ключи на длинной цепочке. Был полдень, горячий, пыльный ветер тащил по асфальту вокзальной площади заско­ рузлые обертки от мороженого, машина грелась на солнце, а те все прощались. Старая женщина в сбившемся платке торопливо крестила мужчину и мальчика, целовала их и плакала. — Не понимаю людей,— сказал шофер девушке-диопетче- ру.— Разъезжаются на паршивую сотню километров, а прово­ жают словно в могилу! И всегда так. Только задерживают. — Не твое дело. Пусть прощаются, как хотят,— сказала де­ вушка. Шофер еще быстрее завертел ключами. — На мальчика полагается билет,— угрюмо заметил он,— Есть на него билет? — Не придумывай, пожалуйста. Ему и пяти-то не будет. — Как же! Верные восемь. Отправляй машину! Девушка дернула плечиком, подошла к пассажирам и спро­ сила у мужчины билет. — Садитесь,— сказала она.— Можете занимать любое место. Кроме вас, никто не едет. Вещи есть? — Уже в багажнике,— коротко ответил мужчина. Он сел на первое место, рядом с шофером, взял мальчика к себе на колени, и, пока они усаживались, старая женщина все смотрела на них печально и нежно. Машина тронулась. Это был черный приземистый широкий «ЗИЛ », удивительно мягко бравший с места большую скорость. Он стремительно пересек площадь, выбрался из тесноты город­ ских улиц на простор шоссе и всей мощью своего мотора рва­ нулся вперед. Редкие деревья за боковым стеклом смазались в сплошной серо-зеленый забор. Шофер повеселел. Он сразу же забыл о том, что сердился на своих пассажиров, и, дружески подмигнув мальчику, спросил: — Ну как? Хорошо ехать? — Хорошо,— сказал тот. — Еще бы!