b000002126

живем с тобой юными и чистыми. Вот настанет зи­ ма, и опять будем по вечерам ходить на лыжах... Лу­ на, снег, морозный пар над полыньями, словно по­ лупрозрачный призрак... А Чука жалко. Помнишь, как он поднял в пойме'белую сову? — Я все помню,— сказал Соломин. В красноватых отблесках огня Александра напо­ минала ту прежнюю, мальчишески стройную охотни­ цу, и хотя теперь она заметно раздалась в бедрах, отрастила волосы, в первозданной натуре ее не слу­ чилось никаких сдвигов. Она по-прежнему не любп- ла комнаты, постоянно стремилась к реке, в лес, а в материнстве опять проявилась перед Соломиным какой-то непостижимой загадкой. «Должно быть, с такой вот суровой любовью и заботливостью пестует своих детенышей волчица»,— не раз думал Соломин, наблюдая, как она обра­ щается с их маленькой дочерью. 4 Чтобы не встретить знакомых, он шагал окраи­ нами, в обход людных центральных улиц. Хрустя­ щая шлаковая дорожка вела его через поселковый парк, который лишь недавно стал парком, а рань­ ше был просто сосновым бором, куда дети ходили за маслятами. Было тихое, нежное время заката. На вершинах огромных строевых сосен, засыпая, хрипе­ ли грачи; истончился, стал слабее душный запах хвои, и в воздухе уже плыл сырой, прохладный пар земли. Соломин в мыслях давно уже пережил десятки вариантов предстоящей встречи с Александрой и, 89