b000002126

грузность Горчакова и постоянное дерганье нерви­ ровали его, и он шел как-то боком, обиженно ко­ сясь на седока влажным карим глазом. Может быть, Ганина разговаривала с ним, трясясь в седле по валким колхозным дорогам? Может быть, прикарм­ ливала сахаром? Может быть, совсем по-другому смо­ трел на нее этот глаз? Холодная струйка побежала за воротник Гор­ чакова, он вздрогнул и слегка хлестнул меринка по крупу. Тот вяло сделал несколько шагов рысью. «Странно,— подумал Горчаков,— какие случай­ ности направляют иногда человеческую жизнь. Вот не заболей Ганина, не накатай тогда колхозники в рай­ ком просьбу направить к ним председателем треть­ его секретаря Горчакова, и он, Горчаков, не ехал бы сейчас на этом рыжем угрюмом меринке, не вдыхал бы этот пахнущий молодой зеленью и мокрой зем­ лей воздух, не видел бы косой полет грачей над пашней». Он вспомнил заседание бюро райкома, на ко­ тором все решилось. Он стоял тогда перед членами бюро и долго смотрел в окно; было слышно, как по­ званивали оконные стекла, когда мимо проходила тяжелая машппа. Горчаков чувствовал, что молчит слишком долго, что вот-вот на чьем-нибудь лице появится ироническая усмешка, кто-нибудь резко и откровенно упрекнет его. — Ну, что ж тут думать-то, Николай Ильич! — сказал первый секретарь Астахов, вынимая папиро­ су п разминая ее толстыми мозолистыми пальцами, еше не отвыкшими от жесткой работы механика МТС.— Мы ведь с тобой еще вчера все обговорили. 5