b000002126

На крыльцо вышла жена с большой корзиной в руках. — Ну, что развоевался? — ласково спросила она.— Пойдем со мной. И в то утро, как обычно по воскресеньям, кузнец ходил с женой на рынок. Было жарко. Утро, по-августовски медленное, долго выстаивалось в сиреневом тумане и казалось пасмурным, волглым, но когда туман поднялся и рас­ таял, обрушилось на город каленым зноем, сушью, за­ пахами уже подсыхающей листвы тополей и базар­ ной площади. Пока жена делала покупки, кузнец по обычаю выпил в закусочной кружку пива. Здесь у него на­ шлось много знакомых, рабочих с завода. Одного — усатенького, юркого, норовившего пролезть к буфет­ ной стойке без очереди — он хлопнул по плечу и спросил: — Ну, как теперь живешь-можешь, Иван Власыч? На что тот, хитренько посмеиваясь одними глаза­ ми, ответил: — Нет, я теперь уж не Иван Власыч, а «тыбы». Как вышел на пенсию, только и слышу дома: «Ты бы сходил на базар», «ты бы принес дров», «ты бы вы­ лил помои»... — А «ты бы^выпил кружечку», небось не гово- рят? под общий смех всей очереди спросил кузнец. С базара он нес тяжелую корзину, а жена шла по другую руку и держала его за локоть. Недалеко от дома им встретилась и надменно по­ клонилась «каменная красавица» Люська Набойко- ва — толстая блондинка с белым неподвижным ли- 59