b000002126

меня, пожалуйста. У него умерла мать, а ты лезешь с вопросами. Я знаю, как это делается: сначала — куда едешь, потом — с кем едешь, потом — где твоя мама. А ему трудно. Шофер отвел взгляд. — Извини,— пробормотал он,— я же не знал. — А теперь знаешь,— твердо сказал мужчина. Мальчик уже стоял на краю кювета, и они за­ молчали. — Прыгай,— сказал мужчина.— Ты все сделал? — Я не хочу. Ты будешь меня ругать? — спро­ сил мальчик. — Да нет же, глупый! Я думал, надо сделать это сейчас, чтобы не останавливаться потом. Ну, прыгай скорей! — Не беда, малый, можем и еще раз остановить­ ся, если будет нужно. Машина-то наша,— сказал шофер и посмотрел на мужчину, давая понять, что теперь он знает, о чем и как нужно говорить. Они говорили только о машине н взахлеб хвали­ ли ее. Ах, какая это была машина! Пусть не совсем новая, но такая выхоленная, что куда там новой... Она словно глотала серую, накатанную до блеска ленту шоссе. Город уже был далеко позади, и теперь по обеим сторонам тянулся глухой лес. Взгляду не удавалось проникнуть в эту чащу сочно-зеленых берез, осин, елей, и только там, где к дороге выбра­ лись деревни, в лесной стене зияли светлые бреши с видами седоватых хлебных полей и пестреньких, как ситец,— картофельных. Скоро вдали над лесом показалась радиовышка другого города, а пониже ее — голубой купол и золотой, растянутый на цепях крест церковной колокольни. 16