b000002126

кого. Это перед каждым сопливым мальчонкой там мой последний долг. Так что уж прости, если по мо­ ей вине ты с насиженного места сорвался. — Какая же твоя вина, Мария Игнатьевна...— пробормотал Горчаков. — Да и тебе на пользу это,— усмехнувшись, продолжала Ганина.— Может, вернешься когда-ни­ будь на руководящую работу, хватя нашей председа­ тельской заботушки, умней руководить станешь. А о городском гнезде не тужи. Ведь твои птенцы не то что мои,— давно на крыле. Владимир-то когда воз­ вращается? Ты ему вели учиться. Какие они без образования теперь работники? — Все-то мои заботы ты знаешь, Игнатьевна,— ласково усмехнулся Горчаков. — Да ведь как же! В одном котле кипим. Ну, ступай, пожалуй. Устала я. Горчаков пожал ей руку и вышел. Было уже прохладно. Садясь в машину, он за­ стегнул верхнюю пуговицу плаща и опять, к удив­ лению шофера, молчал всю дорогу.