b000002126

Горчаков.— И что она знает обо мне?.. Бюро... акти­ вы... совещания... сев... уборка... заготовки... «Давай, Маша!..» «Выручай, Маша!..» А есть у нее, например, дети или нет — черт один знает! Вот мой Володь- ка в нынешнем году из армии вернется, надо ему в институт готовиться, а кому до этого дело, кроме меня? Живем, как семечки в мешке,— вроде бы ку­ чей, а каждый в своей скорлупе». Где-то за туманом, который стал реже, выше и желто просвечивал теперь на солнце, ударили в рельс или буфер. — Может, пообедаешь с нами, Николай Ильич? Будь дорогим гостем,— предложил старик. Горчакову было неловко вот так сразу распро­ щаться с приветливым стариком, и он согласился. Ведя меринка в поводу, они спустились по муравча­ тому косогору к маленькой — в двенадцать до­ мов — деревне, густо прикрытой цветущими ветла­ ми. Была она вся крепенькая и тесно собранная во­ круг чистого и круглого пруда, эта деревня. А там, куда еще ниже падал косогор, по какой-то особой густоте тумана, по его молочной синеве угадыва­ лись луга и речка. — Мария Игнатьевна тоже здесь жила или на центральной усадьбе? — спросил Горчаков, заводя меринка в распахнутые стариком ворота во двор. — Что там, на центральной усадьбе,— пыль, гам, бензин! — пренебрежительно сказал старик.— А у нас места привольные: две речки под деревней сливаются; лес — тут тебе и сосновый, и дубовый, и березовый; луга — ну так и хочется пасть в них. По выбитой лесенке они поднялись со двора 8