b000002126

льду мелких лужиц. Празднично кричали по деревне петухи. Мы одевались и завтракали быстро, словно боялись опоздать куда-то, но когда вышли на крыль­ цо, то долго не двигались с места, подставляя солнцу ладони и лица, соскучившиеся по его теплу. Воздух был сух и колко холоден, но солнце, уже набравшее силу, грело напористо, стойко, и это утреннее борение тепла и мороза обещало ясный, бодрый день. —- Куда пойдем?— спросил мой товарищ. — Все равно,— ответил я. Мы пошли по обсохшей обочине дороги за изволок, где отчетливо постукивал трактор; там собралось мно­ го народу посмотреть, не вязнет ли он в оттаявшей зяби, и все были возбуждены, веселы, потому что трактор легко бегал по полю, а солнце так и валило на землю потоки тепла. Мы поддались общему на­ строению, хохотали, поталкивали плечом визжавших девчат, солидно судили с колхозниками о севе и без обиды принимали извечные шутки по адресу горе- мык-охотников. Трактор вдруг умолк. И тотчас же стало слышно, как над полем льется первый жаворонок, чистый ко­ локольчик весенних небес. — Жаворонок — к теплу, зяблик — к стуже,— умиротворенно вздохнул кто-то, и все долго вслуши­ вались в трепетный звон сверху, пока опять не захло­ пал трактор, пустив над пашней голубоватый дымок. Мы ушли очень далеко в тот день, по лесистым, не захваченным полой водой буграм, приглядывая места для завтрашней тяги. — Помнишь,— сказал мой товарищ, когда мы ле­ жали, отдыхая, на солнечной стороне бугра, плотно устланной палым дубовым листом,— помнишь, как ИЗ