b000002125

робьи, и от нечего делать вспоминал разные случаи из своей жизни. Вспоминалось одно только хорошее, и поэтому вся жизнь казалась очень правильной и красивой. Был Игнат крестьянским сыном — пахал землю, а потом подался в город на заработки, и теперь в памяти живо воскресло, как уходил он из деревни, как увязалась за ним чья-то лохматая собака и шла, не отставая, до самого города. Он кидал в нее сучьями, шишками, а она все шла и доверчиво засматривала ему в гла­ за. Настала ночь, в траве по обочинам дороги засветились го­ лубоватые огоньки «Ивановых червячков», а когда Игнат вы­ шел на поляну, к озеру, то увидел в тумане ночевавшее стадо. Большая луна низко висела над озером, на пне сидел пастух и играл на рожке. — Прими собаку, милый человек. Не напужала бы она мне стадо,— сказал он и снова заиграл, а Игнат пошел дальше. В городе он поступил слесарем на железную дорогу в ре­ монтные мастерские. И как только завелись у него деньжонки, купил себе охотничье ружье с витыми стволами дамасской стали. Однажды тропил он зайцев и забрел в незнакомые места. Стало задувать, ветер шуршал соломой в одинокой скирде, и, кроме нее, ничего не было видно сквозь белую кружащуюся мглу. Игнат измучился, лазая по глубокому снегу, и ему уже то чудился собачий лай, то вдруг вставала впереди темная из­ ба, а был это свистящий на ветру куст, и приходилось идти дальше, проваливаясь выше колен в сугробы. Наконец уткнулся он в какие-то сараи, нашел прогон и, пошатываясь, добрался до первой попавшейся избы. А через несколько минут уже сидел в кухне на лавке, разморенный теплом и усталостью, и видел сквозь туман, как возле печки, вздувая самовар, суетилась дев­ ка с непокрытыми темно-рыжими волосами, красивая, зелено­ глазая, бойкая, словно огонь. В избе она была одна. Игнат до­ гадывался, что по случаю воскресного дня все уехали в город или ушли на посиделки, но от усталости не мог даже загово­ рить с девкой и уснул, прикорнув на лавке, раньше, чем поспел самовар. Долго ли он спал — не знает, а проснувшись, почув­ ствовал, что девка присела рядом и гладит, перебирает его во­ лосы. Было это похож е на чудесный сон, и, затаившись, Игнат долго лежал, не открывая глаз... Уходя, узнал он, что звали девку Василисой. Когда началась война 1914 года, у Игната уж е было двое детей — Аким и Ольга. Воевал он без малого восемь лет, а вер­ нулся — дети уж е большие; Аким кончил школу,— а Васили­ са такая истомленная, заработавшаяся, что сердце зашлось жалостью у лихого, бывалого взводного и стало стыдно за грешки походной жизни.